Могущество неядерных "Томагавков" США - иллюзорно

ОПРЕДЕЛЕНИЯ:

СЯС - стратегические ядерные силы.
БГУ - быстрый глобальный удар.
ПРО - противоракетная оборона.
стационарная МБР - стационарная межконтинентальная баллистическая ракета/
ШПУ - шахтная пусковая установка/
ПР - позиционный район.
МРАУ - массированный ракетно-авиционный удар.

В открытой печати рассматривается тема неядерного разоружения стратегических ядерных сил (СЯС) путем проведения неядерного БГУ, а выжившие после него ракеты (боеголовки) уничтожат противоракеты (ПРО).

Идея заключается в следующем: США разрабатывают так называемую "наступательнооборонительную" операцию по СЯС РФ без привлечения своих ядерных сил и средств, то есть нанести удар своими крылатами ракетами в неядерном исполнении. Выжившие после него ракеты (боеголовки) уничтожат противоракеты. (США уже располагают значительным количеством таких ракет и наращивают его, ожидается появление гиперзвуковых ракет - имеется реальная угроза разоружения СЯС ударами только неядерных высокоточных систем).

Возможно ли это?

В 2009 году сотрудники ФГУ «2 ЦНИИ Минобороны России» на страницах журнала «Воздушно-космическая оборона» детально проанализировали факторы, ограничивающие возможность применения неядерных КР по СЯС.

В 2013-м уже другие специалисты той же организации обратили внимание читателей газеты «Военно- промышленный курьер» на увеличение наряда КР, усложнение организации удара неядерными КР по объектам СЯС и трудность контроля его результатов.

В выступлениях ученых РАН и специалистов НИУ Минобороны России отмечалось, что высокоточные вооружения в дальнейшем будут все больше сказываться на стратегическом балансе и системы БГУ смогут угрожать нашим стратегическим объектам.

УСЛОВИЕ ЗАДАЧИ:

По данным открытой печати («ВПК», № 28, 2014, N° 6, 2015), условно принимается, что к 2020 году в группировке стационарных РК будет 180 межконтинентальных баллистических ракет (по 30 в Козельске, Домбаровском, Ужуре и 90 в Татищеве).

Еще в 2009 году генерал-майор Владимир Белоус утверждал, что для вывода стационарной МБР из строя необходимо обеспечить пробивание броневой крыши шахтной пусковой установки за счет действия мощного заряда.

Расчет полигонного наряда на ШПУ сводится к определению количества ракет, необходимых для прямого попадания хотя бы одной из них в крышу сооружения с заданной вероятностью при известной точности.

Диаметр крыши ШПУ составляет шесть метров. Показатели КР: точность (круговое вероятное отклонение, КВО) - 3, 5, 8, 10 метров, надежность (суммарная вероятность исправности к моменту удара по крыше) - 0,9, заданная вероятность поражения шахты - не менее 0,95.

По оценке независимых экспертов США, в операции «Лис пустыни» (1998 год, 415 пусков КР морского и воздушного базирования) до 20 процентов КР не достигли своих целей, а около 10 процентов перед пуском оказались технически неисправными. Поэтому принятая величина занижает требования к наряду КР в интересах сторонников неядерного разоружения. То же самое можно сказать и о заданной вероятности поражения шахты. В настоящее время значительная часть развернутых КРМБ представлена «Томагавками», принятыми на вооружение в 1993 году. Они имеют дальность полета примерно 1800 километров и КВО 10-15 метров. Такие КР не могут быть применены для ударов по ШПУ.

Для разработки более совершенных ракет и оснащения ВМС США в необходимом количестве нужно значительное время. Но ориентируясь на наиболее тяжелый вариант, проведем дальнейшие расчеты для гипотетических КРМБ, КВО которых составляет три метра, а помехи системам наведения КР в позиционном районе не ставятся.

Каким образом рассчитанные наряды неядерных крылатых ракет могли бы быть использованы для поражения стационарных РК с учетом боеготовности комплексов, то есть за допустимое время, до старта МБР? Этот вопрос является ключевым, поскольку процесс поражения МБР крылатыми ракетами принципиально отличается от поражения баллистическими. Если последние теоретически могут атаковать все ШПУ в позиционном районе одновременно, то КР - только последовательно, по очереди. За этот временной отрезок часть МБР может стартовать, если их пуски начнутся с момента удара по первой ШПУ.

Определим время готовности МБР. 1 декабря 2008 года командующий РВСН генерал- асяковник Николай Соловцов заявил, что после получения санкции Верховного главнокомандующего время для выполнения задачи по пуску ракет не превысит двух-трех минут. Заместитель директора Института США и Канады РАН генерал- майор Павел Золотарев, ранее занимавшийся вопросами ядерного планирования в Совете безопасности РФ, утверждал, что для реализации ответно-встречного удара приказ на пуск МБР должен поступить примерно за пять минут до подлета боевых блоков противника. Примем для анализа большую величину (5 минут) и забудем на время, что за указанный интервал часть МБР может стартовать по причине, указанной выше.

Рассмотрим атаку крылатыми ракетами позиционного крыла района Татищеве (90 ШПУ). Принимается, что поражение шахт осуществляется последовательно по глубине ПР.

Для эффективной атаки нужно, чтобы границы района пересекли 450 крылатых ракет и поразили все 90 ШТУ за пять минут. Для наглядности предлагается теоретический вариант формализованной схемы позиционного района и удара по нему.

ШПУ расположены строго упорядоченно - девять шеренг по 10 ШПУ с интервалами и дистанциями 10 километров, глубина составляет 80 километров. При атаке с одного на-правления и скорости 800 километров в час КР пролетит это расстояние за шесть минут. По-этому для атаки каждой ШПУ полным полигонным нарядом за время не более пяти минут агрессор должен сформировать две фаланги КР по 225 ракет, одновременно атакующих ПР с противоположных сторон и имеющих глубину две минуты (27 км) каждая при скорости КР, равной 800 километров в час. Фронт фаланги - 90 километров. Убедиться в этом путемнесложных расчетов нетрудно. То есть плотность налета ракет с одного направления должна составить 112,5 КР/мин, а суммарная - 225 КР/мин. Если же время готовности МБР к пуску принять равным трем минутам, то все КР должны выстроиться в две шеренги по 225 ракет и одновременнон пересечь границы ПР.

Для оценки возможности реализации этих запросов к кратковременности удара обратимся к опыту военных конфликтов. В операции «Союзническая сила» против Югославии в 1999 году в первом массированном ракетно-авиционном ударе ((МРАУ) было использовано 90 КР (а не 450). Глубина эшелона КР - 40 минут (а не две), плотность налета на всем фронте удара - 2,25 КР/мин (а не 225). Во втором МРАУ применено 133 КР, глубина эшелона такая же, плотность налета - 3,32 КР/мин.

В 2003 году в Ираке в первой воздушной наступательной операции ушло 500 крылатых ракет, но за двое суток (а не за две минуты), за два МРАУ и при значительном числе выборочных ударов. На наш взгляд, выполнение требования создания двух фаланг (даже не шеренг) крылатых ракет с рассчитанными параметрами с учетом опыта боевого участия КР в обозримый период крайне сомнительно даже при наличии КРМБ с КВО три метра, надежностью 0,9 и при отсутствии помех системам наведения КР в позиционном районе.

Для КРВБ, среди которых имеются образцы с КВО три - пять метров, создание подобных построений представляется еще более нереальным из-за движения носителей. Кроме того, если принять, что удар по первой ШПУ аналогичен команде на пуск МБР, то часть МБР за время удара стартует так, как отмечено выше. В противном случае при принятой вероятности поражения ШПУ (0,95) среднее число неуничтоженных МБР в ПР Татищево составит 4,5 единицы. В конкретной (и единственной) реализации разоружающего удара количество таких ракет может быть много больше. Точность наведения КР, как любая техническая характеристика, не строго фиксирована, а находится в определенных пределах, увеличивая наряды КР относительно номинала. Совокупное применение в ПР дымов (аэрозолей) против систем типа «Диджисмэк», радиоэлектронных помех системам навигации «Навстар», высотомерам КР расширяет этот диапазон, вынуждает противника увеличивать наряды КР, не снимая до приемлемого уровня неопределенность, чреватую катастрофическим ущербом для агрессора. Известно, что в 2003 году на совещании в Пентагоне по поводу перерасхода высокоточного оружия присутствующие говорили о том, что технологическое превосходство теряет свое значение при наличии у противника минимальной смекалки.

ОТВЕТ НЕОТВРАТИМ

Оценим возможность скрытного вывода противником построения КР с указанными параметрами на границы ПР Татищево. Примерное количество ячеек пусковых установок Мк-41 на эсминцах «Орли Берк» - 90, на крейсерах «Тикондерога» - 120. Принимая, что под КР использовано около 70 процентов ячеек (остальные заняты ракетами ПРО, ПВО, противокорабельными), получим, что для доставки 450 ракет агрессору потребуется ввести в Черное море или семь эсминцев, или шесть крейсеров.

Эти группировки по своему составу немыслимы для мирного времени и, на наш взгляд, не могут быть созданы в угрожаемый период скрытно от всех имеющихся систем разведки РФ. Следовательно, силы ВМФ и ПВО РФ остаются в высочайшей степени готовности и не могут не обнаружить массированный пуск агрессором 450 КР. Расстояние от побережья Черного моря до ПР Татищево - около 1000 километров или 75 минут полета крылатой ракеты со скоростью 800 километров в час. Все это время «парадные» строи КР будут подвергаться как минимум атакам истребителей, что увеличит количество выживших МБР РВСН.

Одновременно истребители явятся реперами для системы информации. Перед стратегическим и военно-политическим руководством РФ предстанет картина движения массированного налета в направлении крупнейшего в России позиционного района РВСН. Поэтому задолго до выхода гипотетических фаланг (шеренг) к границам района все МБР из него стартуют (и даже успеют поразить города США).

Таким образом, автоматически снимается и вопрос о том, начнутся ли старты МБР после первого удара по ШПУ. Принимая во внимание рассмотренные аспекты неядерного разоружени, анализ особенностей поражения других объектов СЯС можно полагать излишним?

Ядерный ответ на неядерный удар по СЯС не должен подлежать сомнению, поскольку закреплен во всех Военных доктринах, начиная с принятой в ноябре 1993 года. Совокупность продемонстрированных и оставшихся за рамками анализа факторов, действующих при решении потенциальным агрессором задачи, которая угрожает самому существованию США, позволяет отнести концепции неядерного разоружения СЯС РФ к теоретической области.

Главной угрозой для СЯС были и останутся ядерные средства воздушно-космического нападения. Неядерные КР могут дополнять их и влиять на стратегический баланс, уничтожая не ШПУ, а например, элементы аэродромов стратегической авиации, баз атомных подводных лодок с баллистическими ракетами. Они также могут использоваться для поражения сооружений «Крона» в пунктах постоянной дислокации мобильных РК (в предположении, что часть РК может остаться в этих сооружениях при рассредоточении), мобильных РК на полевых позициях, мостов и др.

Таким образом, при решении задач участия в стратегическом ядерном сдерживании воздушно-космическая оборона СЯС должна создаваться прежде всего для борьбы с ядерными средствами нападения.

 
 


 

ПЛ и оборона
ПЛ - основа боевой мощи

Поздравляем!
Контакты с экипажем